May 7th, 2011

я пришел

Жил-был художник один…

Был он холост и лет на двадцать старше меня. Он успел покочевать по всему бывшему Союзу от Сахалина до Западной Украины. И наконец остановился на Севастопольском худфонде. Звали его - Анатолий Антонович Колесник

Познакомились мы, когда я был еще студентом. Ходил к нему в фонд подрабатывать. Я помогал ему рисовать огромные головы вождей и развешивать их по городу к майским и ноябрьским праздникам. Иногда вместе выходили на этюды. Изредка, под настроение, могли распить бутылочку. Но привязался я к нему прежде всего потому, что он был настоящим Мастером живописи. Окончив в юности Московское худ. училище им. 1905 года, он просто не представлял себе какого-то иного способа заработать на жизнь. Приятно было смотреть, как он работал у мольберта - легко и увлеченно.

Гостями в его уютном дворе, укрытом палаткой винограда, часто можно было видеть наших и московских коллег художников, известных артистов, любил захаживать Пуговкин.

Не обходилось у нас с ним и без приключений. Как-то раз я даже попал по следствие из-за кино «У матросов нет вопросов», для которого он писал витраж. Оформили мы контракт на мой паспорт, а кто-то в киногруппе проворовался, директор, что ли. В итоге меня месяц таскали по следователям.

В девяностых его хватанул инсульт. Крепко. Повело речь.
Но он все бодрился, говорил:
«Когда почувствую, что мне конец, продам все, куплю белый мерседес и рухну со скалы на Феоленте.»
Другому бы я не поверил, а вот ему почему-то верилось.

А жизнь тем временем все круче брала за горло. Привычных "лениных" уже не требовалось. Реклама начала уходить по компъютерной дорожке к принтерам и плоттерам. А живопись в те годы не то, чтобы очень массово хватали.

А ведь для тех, кто после инсульта, привычный способ успокоения, стакан водки, противопоказан. Вот так и не стало моего друга. А поскольку жил он один и в частном доме, то узнали об этом только через две недели.

 Я был тогда в России, в Туле. Когда вернулся домой, то узнал от соседей, что приезжали «какие-то бойкие бабы» из фонда, все картины забрали, сказав, что будут формировать «творческое наследие». Непонятные слова так покорили соседей, что никто даже не попробовал у них спросить документы. Сейчас в фонде, разумеется, никаких картин уже не сыщешь.

 Осталось у меня несколько работ разных лет, из которых и хочу сделать маленькую персональную выставку.

 Ты слышишь, Антоныч, мы помним тебя!




"Полдень в Байдарской долине"



"Сарайчик под Соколиным" Этюд



Фантазийная "Форос"



Копия "Эндрю Уайет (Andrew Newell Wyeth) "Куст голубики."